Суббота, Март 6, 2021
Другое

«Он назвал меня негром и ударил по голове»

35Взгляды

Канадец Вилли О’Ри мечтал играть в Национальной хоккейной лиге (НХЛ). С ранних лет он обожал гонять шайбу, много времени проводил на льду и даже бросил ради этого бейсбол, в котором ему прочили большое будущее. Но была одна проблема, которая мешала Вилли воплотить его мечту. Он был чернокожим, а в 1950-е и подумать было нельзя, что такой хоккеист может появиться в лиге. О’Ри при этом не сдавался, продолжал совершенствовать мастерство и не бросил хоккей даже после тяжелой травмы, ослепнув на один глаз. И однажды канадцу повезло — его заметили в «Бостон Брюинс» и предложили контракт. И с этого момента в жизни О’Ри начались настоящие испытания. С чем ему пришлось столкнуться в лиге мечты и как история его жизни повлияла на судьбы чернокожих спортсменов — в материале «Ленты.ру».

Расовый вопрос

Сегодня в НХЛ играет не один десяток темнокожих хоккеистов, преимущественно канадцев. Это и нападающий «Сан-Хосе Шаркс» Эвандер Кейн — номинант на «Джим Пигготт Мемориал Трофи» 2008 года. И защитник «Нью-Джерси Девилс» Пи-Кей Суббан — обладатель «Норрис Трофи» 2013 года. И нападающий «Торонто Мейпл Лифс» Уэйн Симмондс — MVP Матча звезд лиги 2017 года. Перечислять можно долго.

Но несмотря на то что лига не препятствует появлению темнокожих игроков, они жалуются на дискриминацию. Особенно ярко эта проблема обозначилась на волне движения Black Lives Matter (BLM, «Жизни чернокожих важны»). Чтобы отстаивать свои права, спортсмены создали Альянс хоккейного разнообразия (Hockey Diversity Alliance). Активисты выдвигают НХЛ требования: наладить финансирование антирасистских инициатив, внедрить темнокожих в руководство лиги, обеспечить прозрачность при найме сотрудников, относящихся к расовым меньшинствам, и так далее.

И это при том что чуть больше полувека назад путь в большой хоккей темнокожим был вовсе закрыт. Сломал барьер канадец Вилли О’Ри. В 1957 году он вошел в состав «Бостон Брюинс», а в 1958-м — дебютировал за команду в матче против «Монреаль Канадиенс». Но как ему это удалось?

«Не знал, что черные ребята играют в хоккей»

Вилли родился в 1935 году в канадском городе Фредериктон (провинция Нью-Браунсвик на востоке). Там темнокожих не притесняли, и было их очень мало. Жили они в основном в Barker’s Point, бедном и криминальном районе, — и О’Ри тоже.

Мальчик был младшим, 13-м ребенком в семье. Отец много времени проводил с детьми и с ранних лет прививал им любовь к бейсболу. Сам он больших успехов в спорте не добился, но играл неплохо. К тому же к бейсболу темнокожие уже допускались на самом высоком уровне: в Главной лиге бейсбола (MLB) они появились в 1947 году, когда Джек Робинсон подписал контракт с «Бруклин Доджерс».

Зимой вместо бейсбола дети играли в хоккей. Это О’Ри-старший рассматривал не как серьезное занятие, а исключительно как способ заполнить паузу. Хоккей, в отличие от бейсбола, был «игрой для белых», поэтому и думать о перспективах было нельзя. Вилли, между тем, бегать с клюшкой очень любил. «Я встал на коньки в три года, а в пять лет уже вовсю играл в хоккей. Я влюбился в этот спорт и был очарован им. Я не мог насытиться», — рассказывает он в интервью CBC спустя годы.

В бейсболе же у О’Ри многое получалось. Он занялся им серьезно, попал в сборную провинции и в 14 лет выиграл местный чемпионат. Юных спортсменов наградили поездкой в Нью-Йорк, на матч «Бруклина», после которого медали им вручил сам Робинсон. Во время той встречи Вилли обратился к кумиру: «Я играю в бейсбол, но больше люблю хоккей». Джек ответил: «Я не знал, что черные ребята играют в хоккей».

«Я понял, каково быть черным в 1950-е»

Когда О’Ри исполнился 21 год, его пригласили в Малую лигу бейсбола, в «Милуоуки Брэйвс» в Атланту (штат Джорджия). В команде он провел всего три недели, но унижений натерпелся на целую жизнь вперед, как признается сам. «Когда я зашел в автобус, отправляющийся в Джорджию, мне сказали идти в конец и сидеть там. Этого никогда не случалось со мной прежде. В Канаде мог сидеть, где хочу. Еще узнал, что могу есть и принимать ванну только в определенных местах. Это было невероятно. В Джорджии я понял, каково быть черным в 1950-е. Хорошо помню, как ехал домой. Чем ближе я был к канадской границе, тем ближе к началу автобуса cидел», — вспоминает Вилли.

Параллельно, с 1950-го, О’Ри играл в канадских юниорских хоккейных лигах. Их в стране тогда было много, едва ли не в каждом большом городе своя — спортсмен попробовал себя в пяти. За шесть лет он сменил шесть команд — искал состав и тренера посильнее. Хотя фактически занятия не были профессиональными, Вилли подходил к ним со всей серьезностью. А вернувшись из Атланты, окончательно решил сосредоточиться на них.

И ведь тогда его карьера могла закончиться, по сути, не начавшись, — в одном из первых матчей после ухода из бейсбола шайба попала Вилли в глаз. Произошло отслоение сетчатки, и на один глаз спортсмен практически полностью ослеп. «Доктор сказал, что с такой травмой нужно забыть о хоккее. Внутри у меня все пылало, и я дал себе слово, что продолжу играть», — рассказывает он.

Я сказал, что все еще вижу. И просто продолжал играть

Вилли О'Ри

Диагноз О’Ри стал скрывать — благо проверяли спортсменов в то время не так уж тщательно. Как чувствовал: в 1956-м ему выпал шанс всей жизни — «Квебек Эйсес», выступавший на тот момент в Главной лиге Квебека, предложил ему профессиональный контракт. В подробностях об этом событии О’Ри никогда не рассказывал. Известно лишь, что зарплата 3,5 тысячи долларов в год позволила ему купить родителям дом.

«Все думают, я сделал что-то особенное, но я так не считаю»

Зато во всех интервью Вилли с радостью вспоминает, как перешел в НХЛ. За «Эйсес» он играл на тот момент второй сезон и периодически по рекомендации тренера ездил в тренировочные лагеря «Бостон Брюинс». Боссы американского клуба присмотрелись к вингеру и в конце 1957-го вышли на него с предложением. С их стороны это был очень смелый шаг: прежде темнокожих не было не только среди игроков, но и среди тренеров или функционеров лиги. Дебют состоялся 18 января 1958 года в матче против «Монреаля».

«Мы обыграли сильнейшую команду лиги со счетом 3:0. Мои родители преодолели 500 километров, чтобы увидеть меня на льду. Это была сказка!» — рассказывает бывший хоккеист. При этом он отказывается называть дебют достижением. «Не было ведь даже шума в газетах. Все, что писали, касалось непосредственно самой игры. Это была просто очередная игра. Сейчас все думают, что я сделал что-то особенное, но я так не считаю. Я думаю все, что я хотел — просто играть в НХЛ», — скромно замечает он.

Правда, в сезоне-1957/1958 О’Ри провел за «Брюинс» всего две игры и не отметился результативными действиями. После вингер отправился в Американскую хоккейную лигу (АХЛ), в «Спрингфилд Индианс», затем на два года вернулся в «Квебек», а в 1959-м присоединился к «Кингстон Фронтенакс» из Восточной профессиональной хоккейной лиги (EPHL). «Кингстон», хотя и не был официальным фарм-клубом «Брюинс», иногда поставлял ему игроков. И в 1960-м Вилли вновь надел свитер «Бостона». Вторая попытка оказалась куда удачнее. Теперь О’Ри вышел на лед в 43 матчах, забросил четыре шайбы и отдал десять передач.

«В ответ я рубанул негодяя клюшкой»

В команде к Вилли относились хорошо, конфликтов из-за цвета кожи не случалось. Главный тренер «Брюинс» Милт Шмидт в комментарии прессе в этом вопросе быстро поставил точку: «Он не черный. Он “медведь” (прозвище игроков «Бостона» — прим. «Ленты.ру»)», — заявил он. Зато травили хоккеиста соперники и их фанаты.

Особенно тяжело O’Ри приходилось в Чикаго и Детройте. «Мне под ноги бросали черных кошек, прямо на лед, и кричали, что мне место на хлопковых плантациях», — подтверждает Вилли. Кроме того, перед играми вингер часто получал письма с угрозами. А во время одного из матчей нападающий «Чикаго Блэкхокс» Эрик Нестеренко умышленно выбил ему два зуба и сломал нос.

«Он назвал меня негром и ударил по голове. В ответ я рубанул негодяя клюшкой. Ему наложили 15 швов, а меня после этого уже не так задирали. Наверное, поняли, что буду защищаться», — объясняет О’Ри. Он говорит, что словесные оскорбления его вообще не слишком трогали, ведь еще в детстве брат привил ему иммунитет против расизма. «Он учил меня: “Слова не причинят тебе боли, пока ты сам им этого не позволишь. И если будут люди, которые не примут тебя таким, какой ты есть, то забудь о них”. Для меня эти слова стали всем», — вспоминает Вилли.

Неизвестно, почему уже в следующем сезоне О’Ри покинул «Бостон». Его результатами на площадке вроде бы были довольны — возможно, в руководстве посчитали вредным постоянное внимание к команде из-за Вилли. Его зачем-то обменяли в «Монреаль», но конкуренция за место в составе там была куда сильнее. В результате О’Ри был вынужден уйти. В других клубах НХЛ ему также не нашлось места, поскольку предрассудки были еще очень сильны. Карьера хоккеиста пошла на спад. Он уехал в Канаду и вновь стал игроком местных лиг — Восточной, затем Западной. Там он сменил три команды и еще на год съездил в АХЛ. А в 1978 году Вилли завершил карьеру. Как признается, без сожаления, ведь главную мечту все-таки удалось осуществить.

«Весь хоккейный мир обязан ему»

Заслуги О’Ри по-настоящему оценили лишь спустя многие годы после его ухода из спорта. В конце 1990-х при НХЛ появилась организация, занимающаяся поддержкой детей и молодежи из различных меньшинств, поощрением таланта юных хоккеистов. Вилли пригласили руководить проектом, и он согласился. С этого момента О’Ри стал постоянно находиться в центре внимания.

В 2008 году бывший спортсмен был удостоен Ордена Канады — высшей награды для гражданина страны. Тогда же Музей спорта Новой Англии в Бостоне посвятил карьере О’Ри специальную выставку, которая была чрезвычайно популярна в течение нескольких лет. В 2018 году О’Ри ввели в Зал хоккейной славы в Торонто — не за выдающиеся хоккейные показатели, а в категории «Создатели». НХЛ же утвердила приз имени Вилли О’Ри — он ежегодно вручается тем, кто «наилучшим образом использует хоккей в качестве платформы, помогающей развивать характер и важные жизненные навыки». В 2019-м Вилли был награжден медалью Конгресса США «в знак признания вклада и приверженности хоккею».

В 2020-м О’Ри включили в Зал спортивной славы Канады. А в январе 2021 года «Бостон» вывел из обращения 22-й номер, под которым играл хоккеист. Генеральный директор клуба Чарли Джейкобс на церемонии назвал Вилли человеком, оказавшим особенно глубокое влияние на НХЛ и ее культуру. «Весь хоккейный мир обязан ему за все, что он сделал и продолжает делать для этого вида спорта», — подчеркнул он.

Сейчас Вилли 85 лет. Он, кумир тысяч темнокожих детей, продолжает ездить по Северной Америке в качестве посла НХЛ в борьбе за равноправие, посещает спортивные школы и поддерживает программы развития хоккея в инклюзивной среде. «Когда ты просыпаешься утром и смотришь в зеркало, то видишь не коричневого или черного человека, а просто человека. Я постоянно общаюсь с детьми и говорю им это. Я чувствую себя хорошо, когда нахожусь рядом с ними, и верю, что смогу передать им что-то, что поможет им стать лучше», — объясняет О’Ри. Он просит маленьких спортсменов получать образование, работать над достижением целей, никогда не сдаваться и любить себя.

Добавить комментарий

Top.Mail.Ru