Пятница, Апрель 12, 2024
Футбол

Пока безумствует мечта. История «Пармы» 90-х

205Взгляды

Последняя любовь Эрнесто Черезини

https://www.instagram.com/p/CMP50ACnL-v/

После войны Эрнесто Черезини занимался строительным бизнесом, растил с женой трех детей и был равнодушен к футболу. Но жена умерла, и интерес к жизни пропал: «Я ложился субботним вечером, спал всё воскресенье, а в понедельник шел в офис или на стройку. Дальше так продолжаться не могло. Нужно было отвлечься, и в 1976-м я согласился заняться «Пармой», — говорил Эрнесто знакомому журналисту Альдо Курти.

В 1984-м Черезини перенес в Катанье сердечный приступ, но отказался от пересадки и, покинув больницу, снова стал посещать все матчи «Пармы» – своей новой любви. За семь лет до его прихода клуб обанкротился, но с ним преобразился. Нанятый Черезини спортивный директор Риккардо Сольяно в середине 80-х перехватил у «Анконы» молодого тренера Арриго Сакки, а тот вернул «Парму» во вторую лигу, где раньше никак не удавалось закрепиться.

Тогда же клуб получил новую форму (желто-синюю вместо белой с черным крестом) и поддержку «Пармалата», чей владелец Калисто Танци купил 25% акций «Пармы». Но до дебюта в серии А было еще далеко: «Клуб не имел базы, и тренировались мы в центре города — на плохих полях с неухоженной травой, — жаловался Арриго в своей книге «Тотальный футбол». — Любой желающий, мчавшийся мимо на велосипеде, мог остановиться и посмотреть нашу тренировку».

«Ты же угробишь их!» — кричали болельщики, глядя, как тренер гоняет игроков. Зря волновались. Сакки довел комбинации до автоматизма и дважды обыграл в Кубке «Милан», куда вскоре ушел. Без него «Парма» забуксовала, и Черезини взял нового директора — Джамбаттисту Пасторелло. Руководя прежде «Падовой», тот купил 14-летнего Дель Пьеро, а «Парму» усилил тренером «Реджины» Невио Скалой, бравшим в составе «Милана» Кубок чемпионов-68/69.

Начинающему тренеру досталась неопытная команда. Средний возраст — двадцать три года. Но молодежь азартно приняла новаторские упражнения фитнес-тренера Ивана Карминати, приведенного Скалой, и умеренно-революционную схему — с тремя центральными защитниками и двумя маневренными форвардами. В обороне полнее раскрылись Луиджи Аполлони и Лоренцо Минотти, который прибыл в «Парму» прямо из казармы и дослужился в клубе до капитана, а в атаке засиял местный воспитанник Алессандро Мелли, затмивший более звездного Маурицио Ганца.

«Парма» впервые в истории вышла в серию А, и портрет Скалы поместили на статуе Гарибальди — напротив Губернаторского дворца. Черезини ждал этого праздника почти пятнадцать лет.

Но не дожил до него трех месяцев.

Молочный коктейль Калисто Танци

https://www.instagram.com/p/CMP6AsMneRf/

Контрольным пакетом акций клуба завладел все тот же Калисто Танци, болевший за «Торино». Он назначил новым президентом своего школьного друга, бывшего теннисиста Джорджо Педранески. А также затеял реконструкцию стадиона «Тардини» и вложил пять миллионов долларов в усиление состава.

Партнером Аполлони с Минотти, которых наотрез отказались продавать «Сампдории», спортивный директор Пасторелло видел киевлянина Олега Кузнецова, но после мучительных переговоров отверг и его, и слишком дорогого немца Гвидо Бухвальда. А выбрал — 29-летнего Жоржа Грюна из «Андерлехта», который на излете девяностых признал:

«Летние тренировки в Италии настолько интенсивны, что новичкам сложно их выдерживать. И некоторые принимали помощь врачей. Нам предлагали таблетки и уколы, но мы могли отказаться, что я и делал. Я и так хорошо себя чувствовал и сомневался в пользе препаратов», — заявил Грюн бельгийской газете Le Soir.

Зато несомненна польза других новичков. Томас Бролин из «Норрчепинга» слился в атакующем дуэте с таким же молодым Мелли (забили две трети мячей «Пармы» в сезоне-1990/91) и очаровал болельщиков своей доступностью. «Его видели в кафе на улице Республики или в очереди за пиццей, — рассказал мне спортивный журналист Ремо Гандольфи, автор блога Il Nostro Calcio. — Всегда улыбчивый, в простенькой одежде. А в игре менялся — бился, носился, цеплялся.

Я удивился, что игрок-открытие ЧМ-1990, которого звали в Англию, Германию и Испанию, выбрал маленький провинциальный клуб без традиций и тренировочной базы. Каждое утро автобус отвозил игроков на какое-то свободное поле в Парме или окрестностях, и это могло потрясти звездных иностранцев. Но Грюн, Бролин и Таффарел не ворчали».

Бразильский вратарь Таффарел интересовал и «Реал». Но мадридцев также спонсировал «Пармалат», что помогло Пасторелло заманить Клаудио — набожного парня, который годы спустя, оставшись в Италии без клуба, играл в нападении церковной команды Сан-Просперо, усыновил пятнадцать детей и отказал «Эмполи», сочтя поломку машины по пути на тренировку сигналом свыше.

«Таффарел потрясал скромностью и отзывчивостью, — сказал мне Ремо Гандольфи. — Вот пример — летом он участвовал в волейбольных турнирах в городках провинции Парма, потому что обожал эту игру».

Тратить на вратаря одну из трех легионерских вакансий считалось в Италии безумием, но покупка Таффарела (а ранее — контракт с автогонщиком Нельсоном Пике) требовалась «Пармалату» для выхода на бразильский рынок. Помощник Скалы Винченцо Ди Пальма быстро адаптировал Клаудио к серии А, и в первом сезоне тот выдал девятнадцать игр на ноль.

Одна из них — домашняя победа над «Кальяри» (2:0) — подняла «Парму» аж на четвертое место, и Невио, пресекая головокружение от успехов, прочел игрокам стихотворение Редьярда Киплинга:

«О, если ты спокоен, не растерян, когда теряют головы вокруг. И если ты себе остался верен, когда в тебя не верит лучший друг. И если ждать умеешь без волненья, не станешь ложью отвечать на ложь. Не будешь злобен, став для всех мишенью, но и святым себя не назовешь. И если ты своей владеешь страстью, а не тобою властвует она, будешь тверд в удаче и в несчастье, которым в сущности цена одна».

Благородная ложь Антонио Бенарриво

https://www.instagram.com/p/CMP6Qphngx_/

После сенсационного шестого места Педранески с Пасторелло компенсировали затраты на Грюна с Бролином продажей «Милану» левого защитника Энцо Гамбаро. И не пустили туда же главного бомбардира Мелли, за которого Сильвио Берлускони сулил пять миллионов долларов и форварда Симоне.

Усиливая левый фланг, Пасторелло увел у «Фиорентины» опытного Альберто Ди Кьяру. Нагрянул к нему домой и подписал контракт, воспользовавшись отъездом в Штаты босса тосканского клуба Витторио Чекки Гори. Другого крайнего защитника — Антонио Бенарриво — Пасторелло давно присмотрел в «Падове» и договорился о трансфере еще в марте 1991-го.

«Вспомнив крупную победу над «Бриндизи», первым клубом Бенарриво, Скала приветствовал новичка шуткой: «Зачем мне игрок, которого я обыграл 7:0?» Вскоре тренер убедился, что Бенарриво с Ди Кьярой — именно те, кого не хватало «Парме» для превращения в топ-клуб», — подчеркнули журналисты Маттиа Фонтана и Гульельмо Трупо в книге «Парма» Скалы. Путь к мечте».

О своем превращении в правого защитника Бенарриво рассказал журналисту Agenda Brindisi Серджо Пицци: «Я был дублером Ди Кьяры на левом фланге и чувствовал, что не вытесню его из состава. Тогда я сказал Скале: «В «Бриндизи» и «Падове» я иногда выходил справа и привык к этой позиции. Это была ложь. Ложь ради благой цели».

А вот президент Педранески не лгал, говоря в предсезонном интервью, что «Парма» планирует бороться за чемпионство. Вратарь «Юве» Таккони съязвил («Раз они планируют, то и мы попробуем»), а болельщики еще сильнее воодушевились и выкупили на крохотном стадионе «Тардини» шестнадцать тысяч абонементов — в восемь раз больше, чем два года назад. Сакки же, возглавив сборную, первым делом посетил тренировку «Пармы» в парке Читтаделла: «Я учусь у Скалы!» — объяснил Арриго (позже, кстати, уже Скала признался, что постигал нюансы прессинга, наблюдая за «Римини» Сакки в сезоне-82/83).

Чемпионством, правда, и не пахло. «Парма» увлеклась ничьими (восемь — в одиннадцати первых турах), да еще и споткнулась о софийский ЦСКА в первом раунде Кубка УЕФА). К тому же Мелли, оттененный одолженным у «Милана» Агостини, почти перестал забивать и поссорился со Скалой.

А потом — проигрыш «Ювентусу» в первой серии финала Кубка Италии. «После 0:1 в Турине никто ставил на «Парму», — сказал мне журналист Ремо Гандольфи. — Но ее болельщики верили, что дома команда Скалы сдержит Баджо, Казираги и Скиллачи, найдя прорехи в защите «Юве». Так и вышло».

Перед домашней игрой с «Юве» левый защитник Ди Кьяра улетел на вертолете Танци к жене, родившей дочь Аллегру, и вернулся к началу матча. В конце первого тайма бывший лучший, но опальный стрелок Мелли опередил у ворот «Юве» Массимо Карреру и открыл счет, а после перерыва ассистировал атакующему хавбеку Марко Озио по кличке Мэр.

Прозвище приклеилось из-за лидерского характера Марко — на волне недовольства фанатов градоначальницей Пармы, социалисткой Марой Коллой, затягивавшей реконструкцию стадиона. Тот же Озио — после 2:0 с «Юве» — устроил команде победную вечеринку в ресторане La Raquette, а потом Калисто Танци вручил каждому игроку копию трофея — первого в истории «Пармы».

«Лидером команды на поле в тот вечер был Бролин, — продолжает Гандольфи. — Его непрерывные передвижения загнали «Юве» в тупик. А в раздевалке лидером был опорник Стефано Куоги, помогавший потом Скале в «Шахтере» и «Спартаке». Наверно, наименее талантливый игрок той «Пармы», он в то же время обладал сильным характером и растормошил молодого Мелли, которому иногда требовался пинок под зад».

Верность Лоренцо Минотти

https://www.instagram.com/p/CMP6VK8HuY5/

Капитана «Пармы» Лоренцо Минотти летом 1992-го соблазняли «Лацио», «Юве» и «Интер». Президент миланцев Эрнесто Пеллегрини грозился заплатить рекордные пятнадцать миллионов долларов, а заодно сманить Скалу с Пасторелло. Но вмешался Калисто Танци.

Патрон «Пармы» уговорил Минотти остаться: «Ты нужен нам. Как пример для остальных игроков». Журналист Эмилио Маррезе писал в La Repubblica: «Лоренцо — супермен, которому любой тренер доверил бы защиту. А может, даже и дочь. Еще он много забивал, вел колонку в Gazzetta di Parma, увлекал партнеров благотворительностью и стал первым в итальянском футболе донором костного мозга».

Минотти мало играл за сборную, зато был дико востребован в фэнтези-футболе, где особенно ценны защитники-снайперы. Лоренцо забил первый мяч «Пармы» в сезоне-92/93, обеспечив кубковую победу над «Лечче», а потом выручил посреди чемпионата. С его январского гола в ворота «Дженоа» начался подъем «Пармы» с десятого места.

Команда пала так низко из-за проблем в атаке. Летом Пасторелло перехватил у «Фиорентины» колумбийского форварда Фаустино Асприлью, но тот пропустил предсезонку из-за Олимпиады и играл по меркам Скалы слишком своевольно. К тому же мало забивал и провоцировал ворчание Мелли, снова уязвленного ролью резервиста.

Фанаты даже вывесили баннер с требованием вернуть Массимо Барбути — бомбардира «Пармы» начала восьмидесятых, завершившего карьеру в 1992-м. Оценив народный юмор, Пасторелло вложился в молодого форварда «Наполи» Марко Ферранте, но тот не забивал вовсе.

Навредила команде и потеря Бенарриво. Он выбыл из-за растяжения на полторы недели, но позже срок восстановления увеличился всемеро.

«Это породило слухи о его непрофессиональном поведении за пределами поля, — писали Фонтана с Труппо в книге «Парма» Скалы. Путь к мечте». – Правда вскрылась годы спустя. Прибыв с обследования на командный обед в отеле «Вилла Дукале», Бенарриво садился за стол, и тогда Дь Кьяре пришла гениальная идея: вытащить из-под Антонио стул. Тот упал и закричал от боли».

Спустя семь месяцев Антонио кричал от счастья, празднуя с командой выход в финал Кубка Кубков. С наступлением 1993-го не только вернулся основной правый защитник, но и сработались Мелли с Асприльей. В марте–апреле Фаустино шесть раз исполнил сальто после своих голов (его неизменное отмечание с девятнадцати лет), добыв победы, в частности, над «Миланом» и «Атлетико» со «Спартой».

В мадридском полуфинале «Парме» не удался первый тайм — уступали 0:1. После крика Скалы в перерыве («Мы что, церковно-приходская команда? Что за трусливый футбол?!») Асприлья забил два мяча, но ответную игру пропустил: улетел в Колумбию к смертельно-больной маме Марселине, сильно порезал ногу, разбив дверь врезавшегося в его машину автобуса, и очутился в коляске. Хирург Эрнандо Герреро ошарашил: «На восстановление потребуется месяц».

Похоронив мать, Асприлья прилетел в Италию на самолете Танци за несколько дней до финала Кубка Кубков на «Уэмбли». Он хромал при беге, не попал в состав и ворчал после победы 3:1 над «Антверпеном»: «Скала показывал, что обойдется без меня, и даже не говорил со мной перед матчем».

Напарник Асприльи Мелли, вышедший в атаке с Бролином, перед вылетом в Лондон посетил могилу экс-президента Черезини, уговорившего Скалу дать Алессандро шанс, и забил в Лондоне победный мяч. А открыл счет — изящным ударом с левой — капитан Минотти.

Лоренцо мог стать самым дорогим защитником мира, но остался в «Парме», с которой за два года прошел от серии В до завоевания Кубка Кубков.

Рок-н-ролл для Джанфранко Дзолы

https://www.instagram.com/p/CMP6ZiwnB8U/

К евротрофею добавилось третье место в серии А, но аппетиты Танци росли. Он купил компанию по производству масла Giglio, содержавшую «Реджану», и исторический соперник «Пармы» стал, по сути, ее фарм-клубом. Вернув оттуда вратаря Луку Буччи, «Парма» отправила взамен Таффарела, который уже не вписывался в легионерскую тройку и в предыдущем сезоне уступил вратарскую позицию Марко Баллотте.

С появлением Буччи уже Баллотта увяз в запасе и выпалил после победы над «Дегерфорсом» в новом Кубке Кубков: «Почему меня задвинули? Я выиграл с «Пармой» два титула, а Лука в это время вылетал в третью лигу с «Казертаной» (пристанище Буччи до «Реджаны» — sportbox.ru).

Если бы взяли Пальюку или Дзенгу, я бы понял, но эта ситуация парадоксальна. По-моему, Скала делает не спортивный выбор, а выполняет приказ руководства. Я хотел уйти, но «Парма» отвадила «Фиорентину», запросив абсурдные деньги. Надеюсь, меня продадут».

Помирившись с тренером, Баллотта помог «Парме» выиграть европейский Суперкубок, но в чемпионате оставался запасным и летом 1994-го, когда Буччи был на чемпионате мира, ушел в «Брешию». Лука быстрее адаптировался к новому правилу, запрещавшему вратарям брать в руки от своих, — «Парма» стала меньше пропускать и в ноябре 1993-го поднялась на первое место в серии А.

Скала все равно считал разговоры о чемпионстве преждевременными, а Танци лишь о нем и мечтал. Отправив на пенсию Куоги, «Парма» искала полузащитника с чемпионским характером. С «Миланом» по Донадони не договорились, зато купили у беднеющего «Наполи» опорника Массимо Криппу, а потом и Джанфранко Дзолу.

Новичков помощник Скалы Карминати мигом взбодрил жесткой предсезонкой под рок-музыку. «Она придает тренировкам ритм, — объяснил фитнес-тренер, — а если еще и подпевать — легче переносятся нагрузки».

Дзолу призвали насытить атаку креативом после ухода Озио, автора двух голевых пасов в финале Кубка Кубков. Но Джанфранко, как и ранее Асприлья, полгода осваивался в схемах Скалы, чем злил болельщиков и Мелли, опять отброшенного в резерв.

«Раньше была маленькая «Парма» — моя, Куоги и Озио. А теперь «Парма» большая, и мне нет места в составе, — бурчал Алессандро в интервью Gazzetta di Parma. — Я рад нашему лидерству, но не чувствую в этом своей заслуги».

К недовольству запасных добавились новые проблемы. Бельгийский защитник Грюн порвал связки колена и выбыл на полгода, а Асприлья на два месяца забыл про голы и влип в историю.

«Вы встречались только пару раз, но он постоянно звонит мне, — жаловалась порноактриса Петра Шарбах, познакомившаяся с Асприльей в любимом ресторане игроков «Пармы» Osteria del Tribunale. — Теперь подключились и другие футболисты: просят устроить им приватное шоу. Я хочу донести до Скалы с Танци: это не я виновата в том, что Тино не забивает».

Без Грюна и голов Асприльи «Парма» отлетела на четвертое место, но покупка защитника «Удинезе» Сенсини и дубль Мелли (после очередного примирения со Скалой) привели к яркой победе над «Кальяри» и возвращению в чемпионскую гонку.

Дзола же скинул с себя психологический груз самого дорого игрока в истории «Пармы» и в январе–марте 1994-го забил одиннадцать мячей. В том числе «Бенфике» на пути к копенгагенскому финалу Кубка Кубков. Его «Парма» проиграла «Арсеналу», а ранее смазала финиш чемпионата, став лишь пятой. Когда отшумел последний тур, капитан Минотти подошел к трибуне и протянул фанатам майку.

Ее никто не взял.

После матча с «Арсеналом» Минотти зашел в автобус и увидел улыбки на лицах некоторых игроков. «Тогда я понял, почему мы проиграли», — сказал Лоренцо в книге «Парма» Скалы. Путь к мечте».

«Старой «Пармы» больше нет, — признал после проигрыша в Дании ветеран Даниэле Дзоратто, просидевший финал в запасе. — Раньше мы бы не уступили англичанам в тактике и физике. Прежде мы осознавали пределы своих возможностей, но были дружны и землю грызли ради побед. Все игроки защищались и атаковали, а сейчас сплоченности нет. Есть принцип: бей вперед — Дзола с Асприльей что-то придумают. Теперь надеются только на них, а раньше мы надеялись друг на друга».

Уют Дино Баджо

https://www.instagram.com/p/CMRiIBPDZxd/

Выслав Дзоратто в Падую, «Парма» воспользовалась сменой руководства «Юве» и взяла оттуда более высокого и мощного центрального хавбека Дино Баджо (его однофамилец Роберто из-за этого трансфера проспорил Бенарриво часы Rolex Daytona). Скала ждал Дино два года, а тот так долго отнекивался, что был освистан на матче сборной, прошедшем в Парме. Но, заиграв на «Тардини» регулярно, Баджо очаровал болельщиков — в дебютном сезоне стал третьим снайпером команды после форвардов Дзолы с Бранкой, забив даже больше Асприльи, своего нового друга.

С ним и Криппой Баджо часто ужинал в Osteria del Tribunale. В автобиографии Дино написал: «В одной из игр сезона-94/95 Асприлья остался в запасе, но в перерыве Скала велел разминаться: «Разогрейся, как настоящий лев!» Асприлья разминался до конца игры, выдохся, но Скала его так и не выпустил. «Я разогрелся, как вы просили, чувствую себя настоящим львом. Почему не играю?» — «А кто тебе сказал, что львы играют в футбол?», — удивился Скала.

Еще Тино опаздывал на тренировки, и Минотти регулярно вносил его в ведомость штрафников. Однажды Лоренцо отвернулся, а Тино выхватил листок со штрафами, засунул в рот и проглотил».

А вот директор «Юве» Моджи, проглотив потерю Дино, дважды отомстил «Парме» на трансферном рынке. Лучано перехватил защитника «Наполи» Феррару, вместо которого Скала получил португальца Коуту, а потом добился запрета на выступления в серии А Фигу, подмахнувшего контракт и с «Пармой», и с «Юве». Джамбаттиста Пасторелло до сих пор уверен, что для чемпионства-94/95 «Парме» не хватило именно Луиша.

Команда Скалы почти два месяца лидировала в серии А, но пропустила вперед «Юве» еще и из-за лавины травм. Самую серьезную в ноябрьском матче за сборную получил плеймейкер Бролин. Шокированный видом сломанной левой лодыжки, Томас боялся, что карьере конец, но вернулся через полгода. В конце домашнего матча с «Интером» — при счете 3:0 — Дзола сам попросил Скалу выпустить вместо него выздоровевшего Бролина.

Вскоре два гола Баджо «Ювентусу» принесли «Парме» Кубок УЕФА. Поднимая трофей, Дино заметил на пустеющих трибунах «Сан-Сиро» баннер со своим фото: его друзья Мария и Джанни, владельцы продуктового магазина в Парме, специально приехали в Милан поддержать человека, за полгода ставшего их близким другом. В Парме Баджо жилось так же уютно, как в родном городке Томболо. Он катался на велосипеде, болтал по утрам с продавцам, никуда не спешил и всюду успевал, а омрачался покой только ночными вторжениями Асприльи со взводом новых подруг.

Добычу второго еврокубка тоже отметили скромно — съели по пицце в ресторане защитника Бенарриво Al Veliero. Не кутили по двум причинам. Кубок УЕФА котировался не очень высоко, и даже в Парме приходилось снижать цены на билеты, чтобы затащить болельщиков на матчи с командами вроде «Оденсе» или «Витесса». К тому же через несколько дней предстоял новый матч с «Юве», в серии А. Проиграв, «Парма» официально упустила чемпионство.

Тогда одержимый первым местом Калисто Танци устроил охоту на суперзвезд. Сначала мазал: Роберто Баджо выбрал «Милан», а Беппе Синьори не отпустили фанаты «Лацио». Но владелец «Пармалата» не сдался и купил двух обладателей Золотого мяча — действующего (Стоичкова) и будущего (Каннаваро).

Фабио взял в «Парме» № 17 — дата рождения его жены Даниэллы. Он тогда и за сборную-то не играл (до дебюта оставалось полтора года), но за него пришлось отдать «Наполи» аргентинца Роберто Айялу, купленного в «Ривер Плейте», но не вписавшегося в лимит на иностранцев.

Стоичков же обеспечил продажу двух тысяч абонементов за сутки и четыре гола в пяти стартовых турах. Также он поддерживал на тренировках молодых Буффона с Индзаги, но плохо сочетался с Дзолой, искажал игровой баланс и после травмы улетел в Барселону.

«Через месяц я вернулся здоровым, но ощутил нездоровую обстановку, — вспоминал Стоичков в автобиографии. — Кто-то сболтнул, что я зарабатываю в два раза больше других звезд команды. Наверно, Дзола обиделся. Но мне приятно, что Буффон и спустя двадцать лет помнит, как я умолял Скалу поставить его в ворота».

Танцы Джиджи Буффона

https://www.instagram.com/p/CMRiMtljUFl/

Так-то дублером Буччи был Джованни Галли, но Скала вопреки обещанию не поставил его на кубковые матчи, и экс-вратарь «Наполи» вспылил, свинтив в «Луккезе». К ноябрю 1995-го «Парма» шла второй и перед игрой с лидирующим «Миланом» потеряла из-за травм двух вратарей — Буччи с Нистой. Оставался 17-летний Джиджи.

С четырнадцати он курил, прогуливал школу, купил диплом бухгалтера для поступления на юрфак, мотался на дискотеки, а на первом сборе с «Пармой» — в шестнадцать лет! — грубил ветеранам в ответ на дедовщину и тыкал сыну владельца — Стефано Танци. Джиджи получил столько штрафов, что до конца сезона-94/95 сидел без зарплаты.

В ноябре 1995-го — после посиделки с друзьями — он на глазах у полицейских пописал на чужую машину и наутро услышал от директора Пасторелло: «На тебя жалоба. Непристойное поведение в общественном месте и сопротивление при аресте. Чеши в полицию и извиняйся».

Через шесть дней Буффон дебютировал в серии А. И отыграл на ноль. О том, что с «Миланом» доведется выйти в стартовом составе, он узнал в день матча: «Я боялся лишить его сна», — объяснил Скала. «На месте тренера я бы не осмелился выпустит вратаря, которому нет и восемнадцати, — говорил сам Джиджи в послематчевом интервью. — Я сделал вид, что выхожу за молодежку, так что не особо нервничал, но лучше бы Скала предупредил меня пораньше».

Спустя полтора месяца — с возвращением Буччи — Джиджи не попадал даже в запас и вернулся к дискотекам. «Там один чувак поднес к моим губам таблетку, — вспоминал Буффон в своей книге «Номер один». — Я выхватил ее и бросил ему в лицо. Через три года тот парень умер от передозировки».

Летом 1996-го Джиджи попросил Стефано Танци отпустить его в «Дженоа» — клуб, за который он болел по примеру маминого брата. Сын владельца со скрипом согласился, но вернувшийся в «Парму» спортивный директор Рикки Сольяно уговорил Джиджи остаться.

К тому моменту клуб продал сникшего после травмы Бролина «Лидсу», а увязшего в скандалах Асприлью — «Ньюкаслу». Перед уходом Тино получил в Колумбии условный срок за ношение незарегистрированного оружия, а, прилетев в Боготу оформлять развод, ввязался в уличную драку. На медосмотре «Ньюкасл» нашел у него проблемы с коленом, но Пасторелло все равно сбагрил Асприлью, пригрозив англичанам судом. А вскоре покинул «Парму» — как и президент Педранески со Скалой.

Удрученный третьим местом после первого круга, Танци подписал предварительный контракт с Фабио Капелло, который как раз и требовал избавиться от Асприльи. После февральской победы над «Падовой» Скала признался журналистам: «Сегодня юрист «Пармалата» Клаудио Андзалоне, улетающий на Мальдивы, поблагодарил меня за все, что я сделал для «Пармы». Есть два варианта: либо он уходит в отпуск до 1998-го, когда у меня кончается контракт, либо он знает, что меня скоро уволят».

Месяцем ранее болельщики «Пармы» закидали автобус команды снежками после 2:2 с аутсайдером «Торино». «В команде апатичная обстановка, — приводят слова Минотти авторы книги «Парма» Скалы. Путь к мечте». — Некоторые люди даже не радовались победе в Кубке УЕФА. Некоторым и чемпионство не нужно. Отношения внутри клуба испортились, и это влияет на нашу игру».

На последнем домашнем матче — с тем же «Торино» — болельщики посвятили Скале баннер: «Семь лет триумфов и лишь девяносто минут, чтобы сказать спасибо». Невио растрогался и прослезился после победного гола Дзолы.

Спасение Карло Анчелотти

https://www.instagram.com/p/CMRiWryjfig/

«Вместо Скалы ожидался Капелло, но, по словам его помощника Винченцо Пинколини, испугался перспективы работать в городском парке на глазах у зевак, — вспоминал пресс-атташе «Пармы» Джорджо Гандольфи на сайте Storie di Calcio. — Но была и другая причина отказа Фабио: ему обещали Ривалдо, Кафу и Роберто Карлоса — трех звезд «Палмейраса», также опекаемого «Пармалатом». Годы спустя друг спортивного директора объяснил мне: если бы бразильцы перешли в «Парму», компания Танци ничего бы не заработала. Продав же их другим клубам, «Пармалат» получил большие деньги. Видимо, без этих троих Капелло не верил в успех «Пармы».

Джорджо Гандольфи убежден, что «Парма» посыпалась именно в 1996-м, когда семья Танци стала напрямую управлять клубом. Весной дочь Калисто Франческа наорала на секретаря клуба Ренцо Онгаро за то, что ее дяде Джанни, отвечавшего в семье за «Реджану», не достался билет в вип-ложу на матче с «ПСЖ». Позже президент Педранески улетел в Аргентину подписывать Эрнана Креспо, а после возвращения узнал, что заменен сыном Калисто Стефано.

Новым тренером после демарша Капелло стал Карло Анчелотти из «Реджаны». Как раз из-за недоверия Фабио в «Милане» он завершил карьеру, а потом помогал Сакки в сборной и лишь год работал главным — и то в серии В. Логично, что срыв трансферов каких-то там бразильцев совсем его не смутил. Анчелотти признался своему биографу Алессандро Альчато, что в 1996-м не знал ни Кафу, ни Креспо, ни Тюрама, ни Ривалдо, которого он легко заменил хавбеком «Реджаны» Пьетро Страдой, ни Верона, которого «Парма» вроде как подписала, а потом уступила «Сампдории» в обмен на форварда Энрико Кьезу.

Смутно Карло представлял и возможности Каннаваро. И сперва ставил его на левый фланг защиты. Дзолу он вообще не мог встроить в схему 4-4-2 и склонил к уходу в «Челси» (о чем потом жалел). Зато по работе в сборной Анчелотти отлично знал Дино Баджо, манимого «Миланом». В отпуске Карло — со своими помощниками и их женами — нагрянул к Дино в его родной городок и отговорил от ухода, а тот забил с паса Кьезы первый мяч «Пармы» в сезоне-96/97.

«Мы тренировались уже не в парке, а рядом с городской тюрьмой, — отмечало Баджо в автобиографии. — Это не мешало нам сплотиться вокруг нового тренера, но результаты были так себе». К концу 1996-го «Парма» шла пятой с конца, и на рождественском ужине у Калисто Танци Анчелотти услышал: «Если не обыграешь «Милан» — уволим». Собрав игроков, Карло сказал: «Если у вас есть претензии ко мне — выскажитесь откровенно. Бессмысленно ждать моего увольнения. Я сам попрошу Танци об отставке, если пойму, что вы против меня».

Высказался только Мелли: «Надеюсь, вас уволят. Тогда я наконец-то буду играть».

Накануне игры на «Сан-Сиро» с командой Сакки Анчелотти выпил с помощниками шампанского в отеле Doria — предвкушал увольнение. Но «Милан» тоже был в кризисе. Только что купленный в «Брюгге» хавбек Марио Станич замкнул перед перерывом подачу правого защитника Зе Марии, и этого хватило для победы «Пармы».

«Станич обожал ставки и часто был нашей мишенью, — вспоминал Бенарриво в интервью изданию Il Posticipo. — Однажды после обеда, когда все налопались, я сказал Марио, что съем вторую порцию пасты. Каннаваро раззадорил его, и Станич поставил огромную сумму на то, что еще одна тарелка в меня не поместится. Он плохо меня знал. И проиграл».

«Парма» же проиграла «Ювентусу» борьбу за чемпионство. «Мы вели в матче с «Юве» 1:0, но Коллина поставил позорный пенальти — за то, что Вьери упал после борьбы с Каннаваро, — заявил Анчелотти в автобиографии. — Я крикнул судье: «Молодец!» и нарвался на удаление. «Я прочел по губам оскорбление», — объяснил Коллина. — «Ошибаешься. Я лишь подумал, что ты кретин».

«Да, спорный пенальти, — согласился Буффон в книге «Номер один». — Но я все равно запомню сезон-96/97. Он научил меня важности командного духа. У нас была не только мощная основа, но и прекрасная скамейка — с моим другом Симоне Бароне и легендарным шведом Бролином, который вернулся из Лидса потяжелевшим на двенадцать килограмм (Томас бросил футбол в двадцать девять и стал торговать пылесосами — sportbox.ru).

Это было чудесное время».

Как Анчелотти стал топ-тренером? Виноваты Зидан, Пирло и Симутенков

Интроверт Энрико Кьеза

https://www.instagram.com/p/CMRibxQDQrj/

Пришедший после того сезона из «Вероны» форвард Маньеро отметил вклад Анчелотти в формирование командного духа: «Карло выстроил искренние отношения и с основными игроками, и с запасными, — писал Пиппо в автобиографии. — Я не пожалел, что пошел в «Парму» дублером Кьезы с Креспо, потому что и в этом статусе забил четыре мяча в десяти матчах и получил приглашение в «Милан».

В «Парме» Маньеро проводил свободное время со своим земляком и партнером по молодежной сборной Дино Баджо: «После победы над «Видзевом» в квалификации Лиги чемпионов Пиппо повез меня в Падову, — вспоминал Дино в книге о Маньеро. — На заправке я попросился за руль и разогнался до двухсот километров. Сзади замигали фары, и я решил, что кто-то вздумал нас обогнать. Оказалось, это была дорожная полиция. Нас отвезли в участок, жестко отругали, но отпустили в обмен на майки «Пармы». Правда, назавтра наше задержание попало в новости».

Дальше: дебют в группе Лиги чемпионов и возвращение на стадион «Тардини» Невио Скалы — в роли тренера «Боруссии». Победу «Парме» добыл форвард, который без доверия Анчелотти мог и не раскрыться в Европе. «До гола «Боруссии» Креспо постоянно освистывали. Он не нравился болельщикам, — признал Карло в автобиографии. — По ходу матча от меня требовали заменить его, но я послал всех к черту, и Эрнан забил. После матча я сказал репортерам: «Никогда не заменю игрока, которого освистывают».

Не прислушался Анчелотти и к руководству, летом 1997-го согласовавшему контракт с Роберто Баджо. Тренер заблокировал трансфер, не желая подстраивать схему под суперзвезду, и не попал в плей-офф Лиги чемпионов, а в серии А ограничился шестым местом. После апрельского поражения от «Фиорентины» Стефано Танци счел футбол ее тренера Малезани более ярким и нанял Альберто вместо Карло.

Малезани ужесточил дисциплину, запретил музыку в раздевалке, но в то же время, по словам Бенарриво, поставил атакующую игру, опередившую время. «В сегодняшних матчах я вижу комбинации и движения, которые он заставлял нас делать еще в конце девяностых», — сказал Антонио в интервью Il Posticipo в прошлом году. За одну майскую неделю 1999-го «Парма» выиграла Кубок УЕФА и Кубок Италии, но в том сезоне хватало и проблем.

В октябрьской игре с «Вислой» Дино Баджо разбили голову рукояткой ножа, брошенного с трибуны. А в апреле «Парма» выдала пять матчей без побед, и Стефано Танци сорвался: «Он с криком влетел в раздевалку: «Мы так на вас надеялись, а вы играете ужасно!» — вспоминал в своей книге «Сторона В» Хуан Себастьян Верон, в 1998-м все же пополнивший «Парму». — Потом Танци обратился ко мне: «Верон, что с тобой? Мы заплатили за тебя целое состояние. Но твоя игра — катастрофа».

Верон оскорбился: «Вам не стыдно выставлять меня крайним? Запомните, после этого сезона я уйду. И уйду победителем». Летом 1999-го Верон исполнил угрозу, не поддавшись на уговоры Креспо, и через год сделал чемпионом «Лацио», но прежде — отдал голевой пас Кьезе в игре с «Марселем» в «Лужниках».

Энрико стал главным героем того Кубка УЕФА. В год дебюта в серии А Кьеза пережил смерть отца и позже признался, что горе сделало его сильнее. Не отмеченный грацией мустанга, он во всех командах был в чьей-то тени, но, поработав с тренером Симони в «Кремонезе», стал более универсальным форвардом и заслужил комплимент лучшего бомбардира в истории сборной Италии Луиджи Ривы:

«Кьеза напоминает мне меня ловкостью и силой удара. Нравится, что он интроверт, как и я. Мало говорит, но ясно мыслит». В восьми матчах победного Кубка УЕФА Энрико забил восемь мячей.

Капельница для Фабио Каннаваро

https://www.instagram.com/p/CMRiiKwjqc3/

А через шесть лет после московского финала канал Rai показал видео, снятое Каннаваро в 712-м номере московского отеля «Марриот» накануне игры с «Марселем». На видео ему что-то вводят через капельницу, а он шутит: «Смотрите, что с нами делают перед финалом. Это доказывает, какая мы отстойная команда. Знаете, сколько я получу, если продам эту кассету?» Выглядело противозаконно, но позже выяснилось, что защитнику вводили неотон — препарат, восстанавливающий мышцы и разрешенный антидопинговым комитетом. И все равно грянул скандал, ставший прелюдией коррупционного разбирательства Кальчополи.

К тому моменту Каннаваро, Буффон, Тюрам и Креспо давно покинули «Парму». Семья Танци экономила с 1996-го, когда закрыла клубный журнал и сократила расходы даже на командные обеды. В 2000-м чемпионский проект надломился. К концу 1999-го «Парма» лишь на два очка отставала от лидировавшего «Ювентуса», но в игре с ним получила пенальти в свои ворота и два удаления, чудом урвав в конце ничью.

«Ты свистишь только для них, но мы тоже на поле», — крикнул Баджо судье Фарине, а после своего удаления потер большим пальцем указательный, намекая на коррупцию. Дино уверен, что именно из-за того жеста был навсегда отлучен от сборной.

Буффон позже написал в автобиографии: «С 1998-го по 2001-й мы были сильнейшей командой, но выиграли меньше, чем заслуживали по подбору игроков и нашим усилиям. Если бы на нас были футболки «Юве», мы бы выиграли все на свете за один сезон».

Сменив четырех тренеров за полтора года, «Парма» выиграла еще и Кубок Италии-01/02. В начало того сезона команду должен был снова возглавить Анчелотти. Он уже ехал в «Парму», но позвонил вице-президент «Милана» Галлиани, который спешно уволил турка Терима, чтобы не упустить Карло.

Новый тренер Пранделли построил на «Тардини» еще одну симпатичную команду (с Муту, Адриано и Джилардино), но мечты о новых титулах рассеялись в 2003-м, когда вскрылось грандиозное мошенничество Калисто Танци, более десяти лет скрывавшего убытки и завышавшего прибыль. Узнав об этом, отношения с Калисто прервал даже сын Стефано — президент великой «Пармы»-1999, после краха семейной компании ставший простым менеджером на заводе по производству соевого молока.

«Тысячи сотрудников «Пармалата» по всему миру лишись средств к существованию, — писал обозреватель The Guardian Ники Бандини. — Футболисты и тренеры, выигравшие Кубок УЕФА-98/99, ни при чем, но их триумф неизбежно ассоциируется с тем, что такую великолепную команду собрали на деньги, которых, по сути, не было. Возможно, поэтому многие болельщики «Пармы» чаще вспоминают тех, кто играл раньше — Минотти, Мелли, Озио… И президента Черезини, чьи мечты исполнились слишком поздно».

Год назад — в тридцатую годовщину смерти Эрнесто — болельщики вывесили баннер «Черезини — наш вечный президент». А Арриго Сакки написал про него: «Он был из тех президентов, что могли разориться из любви к футболу: вложить в команду миллиарды лир, а вдобавок к редким победам получить долги, конфликты с болельщиками и полупустые трибуны. Эрнесто жил мечтой, во время матчей спускался к скамейке и всей душой переживал за команду. Футбол был смыслом его жизни». 

О возрождении «Пармы» после банкротства и падения в четвертую лигу читайте в материале об Алессандро Лукарелли

Добавить комментарий

Top.Mail.Ru