«Отныне и во веки веков красно-белый». Симонян смело отказал Сталину ради «Спартака»

Уход из жизни Никиты Симоняна стал невосполнимой утратой для всего российского спорта. Бывший нападающий сборной СССР прожил богатую на события жизнь, в которую вместились золото Олимпиады-1956, первый гол в истории отечественного футбола на чемпионатах мира, а также чемпионские титулы со «Спартаком» в качестве игрока и главного тренера.

До последних дней Никита Павлович оставался ярким символом «Спартака» — главного клуба в его карьере. Преданность красно-белым цветам лучшему бомбардиру в истории клуба (160 голов) приходилось отстаивать в самых высоких кабинетах.

Отказал «Торпедо» и услышал матерную тираду

Путь Симоняна до «Спартака» оказался непростым. Детство и юность будущей звезды советского футбола прошли в Сухуми. В военные годы пришлось пережить фашистские бомбежки, в результате одной из них его отец получил серьезное ранение. В Москву Симонян перебрался в 20 лет — в матче за сухумское «Динамо» против столичных «Крыльев Советов» он сумел себя проявить и заслужил приглашение в более статусный клуб.

Через три года, после расформирования «Крыльев», состоялся судьбоносный переход в «Спартак». Талантливого нападающего очень сильно хотели видеть в «Торпедо», но Симонян сделал выбор в пользу другого московского клуба. Ради этого даже пришлось отказать влиятельному чиновнику тех лет, руководителю крупного автомобильного завода — Ивану Лихачеву.

— Ранним утром меня разбудил стук в дверь. За мной прислали машину и повезли на ЗиЛ. Меня отвезли туда и привели в кабинет Лихачева. Этот разговор трудно передать дословно, поскольку он был настоящим русским мужиком и порой использовал крепкий русский мат: «Да ты за кого решил там играть?» Долго он меня уговаривал играть за «индустрию», а не «тряпичников». В итоге я говорю: «Иван Алексеевич, все-таки хочу играть за «Спартак». «Да?! Ну, иди! Только помни — обратно тебе дороги в «Торпедо» не будет никогда», — сказал в ответ Лихачев. Вот так я оказался в «Спартаке», — вспоминал потом Симонян.

Нападающий оказался в «Спартаке» в 22 года и больше не видел себя ни в одной другой команде. Игровую карьеру он завершил спустя десять лет после перехода, вскоре после четвертого чемпионства с «красно-белыми». По словам Симоняна, он принял осознанное решение уйти на пике. Легендарной карьеры вполне могло бы и не быть, если бы футболист не проявил стойкость в разговоре с еще одной влиятельной фигурой тех лет.

Сталин сказал: «Иди играй за свой «Спартак»

После первого сезона в «Спартаке» в 1949-м Симонян отправился на отдых в Кисловодск вместе с партнерами по команде Анатолием Ильиным и Игорем Нетто. В один из вечеров приятели пошли в кино, но досмотреть картину Симоняну было не суждено. Прямо во время сеанса люди в военной форме зашли в зал и попросили его на выход. Двое адъютантов Василия Сталина, возглавлявшего тогда ВВС Московского военного округа и ЦСК ВВС, вежливо, но настойчиво попросили Симоняна вылететь с ними в Москву для разговора о его будущем. Помимо авиации страстью сына Иосифа Сталина были футбол и хоккей. Ведомственным командам ВВС он уделял огромное внимание. Заполучить одного из лучших нападающих страны было одной из его главных целей.

— В салоне холодрыга, лететь пять часов, меня укутали унтами, не дай бог, простужусь. Прилетели в Москву, сразу на Арбат, в особняк командующего. В большом зале полно народу — генералы, офицеры. Заходит Василий Иосифович в штатском, в домашней одежде. Посадил меня рядом и с ходу говорит: «Я поклялся прахом своей матери, что ты будешь в моей команде. А ты сам понимаешь, я такие клятвы даю нечасто», — рассказывал Симонян в интервью «Московскому комсомольцу».

Отказ такой влиятельной персоне мог грозить серьезными последствиями. К тому же о суровом нраве сына руководителя Советского Союза ходили легенды. За провальный матч он вполне мог сослать игрока в дальний гарнизон и заставить надолго забыть о футболе. Несмотря на это, молодой нападающий «Спартака» уходить из клуба был не намерен. К чести Василия Сталина, он преданность Симоняна сумел оценить, хотя еще долго пытался убедить того изменить решение.

— Я сказал ему: «Василий Иосифович, спасибо большое за приглашение, но я решил остаться в «Спартаке». Начинаю понимать, что просто так мне отсюда не выйти. За столом тишина, все глаза опустили, чувствуют — будет буря. Сталин обвел взором своих генералов: «Вы слышали?» — пауза длинная, как принято говорить, мхатовская. И дальше: «Вот человек сказал мне правду в глаза. Берите пример! Иди, Никита, играй за свой «Спартак», но запомни — в любое время по любому вопросу я тебя приму с распростертыми объятиями! Спасибо за правду, иди…», — вспоминал Симонян.

Свою преданность «Спартаку» Симонян демонстрировал еще не раз. В 1969 году он сумел добыть с командой золотые медали чемпионата СССР уже в качестве главного тренера. Даже в преклонном возрасте продолжал внимательно следить за главным клубом в его жизни и старался выбираться на стадион. Еще в октябре он присутствовал на игре МИР РПЛ с «Ростовом».

— Когда я уходил из «Спартака», Старостин мне говорил: «Ты уходишь, но мы для тебя дверь не закрываем. Она остается полуоткрытой, и в нее ты можешь вновь войти в любое время. А если тебя разрезать, внутри все равно увидим два цвета — красный и белый». Так что я всегда, отныне и во веки веков — красно-белый! — говорил о себе сам Симонян.