«Краснодару» плохо: пять поражений подряд. Два последних, в Севилье и Петербурге, особенно болезненные, поскольку команда поначалу вела в счёте. Самые проницательные сходу определили, кто во всём этом виноват – тренер. А самые смелые среди самых проницательных ещё и обвинили тренера в трусости, бесхребетности – мол, не держит удара, плывёт.
Давайте попробуем понять, трус ли Мурад Мусаев. И достоин ли он увольнения либо какой-то иной формы порицания как главный виновник кризиса.
Степень смелости, между прочим, вполне поддаётся учёту. Точнее, мера воли, маркером которой можно считать пару турнирных показателей. Во-первых, это реакция команды на первый пропущенный гол – какой результат получается в итоге? Во-вторых, это голы, забитые и пропущенные в финальную четверть часа, когда интрига любого матча достигает апогея и от участников требуется максимальное волевое усилие. Особенно наглядной картина получается в сравнении.
Первым полным для Мусаева был сезон 2018-19. Сравним его с предыдущим сезоном, 2017-18, когда на протяжении 24 туров «Краснодаром» руководил Игорь Шалимов.
Положение вещей в тех матчах, когда счёт открывал соперник, изменилось практически вдвое. Если при Шалимове первый пропущенный мяч означал, что «Краснодар» проиграет, с вероятностью 70 процентов (7 поражений из 10 случаев), то при Мусаеве – с вероятностью 37 процентов (6 поражений из 16 случаев).
Ещё более наглядной перемена получилась в разрезе голов, состоявшихся с 76-й минуты и до финального свистка. В сезоне 2017-18 на этом отрезке «Краснодар» забил 11, а пропустил 10: разница – плюс 1. В сезоне 2018-19 забито было 18, а пропущено 6: разница – плюс 13.
Таким образом, признаков того, что Мусаев трусит, плывёт, не управляет или что там ещё сейчас предъявляют, нет никаких. Скорее наоборот. А как же он стал трусом теперь? С чего вдруг поплыл, если не плыл в первые дни? Отчего через два года вдруг перестал держать удар, когда с самого начала держал его просто образцово? Такое в жизни бывает? Вам подобные экземпляры встречались?
Подозрение на гнёт лигочемпионской ответственности, конечно, вполне уместно, однако в том самом сезоне 2018-19 против соперников аналогичного статуса, пусть турнир и назывался Лигой Европы, команда Мусаева держалась вполне уверенно. В ворота «Севильи» тогда краснодарцы забивали на 88-й минуте, «Байера» – на 84-й, «Валенсии» – на 85-й. И опять тот же вопрос: если команда у тренера была волевой сначала, как она могла стать безвольной потом?
Ответ на поверхности: дело не в тренере. Не в его смелости. Изменилась команда. Тогда, в сезоне 2018-19, «Краснодар» жил в штатном режиме, теперь же второй год существует в режиме перманентного форс-мажора. По количеству матчей, пропущенных лидерами команды из-за нездоровья, «Краснодар» сегодня опережает любой клуб РПЛ, причём с огромным отрывом. В чём тут дело, со сто